На сцене Сызранского драмтеатра состоялась премьера спектакля «Фуга ля минор» (16+), посвященного мужчинам — участникам специальной военной операции.

— Наша семья не понаслышке знает об СВО, — поделилась позже одна из зрительниц — Надежда Ежова. — Муж внучки воевал. Получил несколько ранений. Спасибо всем, кто работал над постановкой. Было полное ощущение, что мы находимся в том блиндаже вместе с бойцами.

Именно этого хотел добиться автор и постановщик, актер Луганского драмтеатра, ветеран боевых действий Артём Малахов. Мобилизованный еще в бытность ЛНР, он восемь месяцев находился на передовой. Служил пулеметчиком, связистом. Заметки, рассказы бойцов и легли в основу пьесы. А родилась она благодаря фестивалю «Таврида.АРТ». Его проекту «СВОи. Непридуманные истории», где драматургами и режиссерами выступили ветераны СВО.

— В одиночку я бы не отважился говорить на эту тему, — признался в нашей беседе Артём Малахов. — Это намного больше. Здесь я выступил лишь проводником между зрителем и теми, кто находится на линии боевого соприкосновения. Мне проще. Я знаю, как там живет человек, что говорит, чему радуется, о чем грустит. Эту атмосферу нужно было поместить в актеров. Не просто поиграть в бойцов, это было бы фальшиво, а прожить. Ведь слова, которые мы озвучили, говорили реальные парни.  Хочется, чтобы у зрителя появились надежда, благодарность этим ребятам. Вся постановка — наш общий им поклон.

Для показа на сцене сызранской драмы постановку выбрал директор театра Сергей Салмин. 

— Тема очень актуальна, — сказал он. — И спектакль интересный. Многоплановый. Здесь сочетание линий военной и гражданской.

Фуга ля минор Баха звучит на протяжении всего спектакля. Почему фуга? Потому что, как и в ней, объединяющей разные голоса, здесь пересекаются судьбы персонажей: Скрипача (Александр Агаджанян), Крота (Олег Егоров), Митяя (Анатолий Карпов, Евгений Морозов). Друзья встречаются в темном блиндаже, над которым свистят снаряды. Там молодой лейтенант, авианаводчик с позывным Скрипач, делает все возможное, чтобы спасти бойцов на передовой.

— Я служил в армии и сейчас постарался привнести немного ту атмосферу, — сказал Александр Агаджанян. — Играл самого себя, но в другой ситуации. Хотя очень сложно прочувствовать то, что чувствуют ребята там. В этом нам очень помогли рассказы режиссера.

Как сложится судьба Скрипача, мы не знаем. А вот балагур Митяй погиб, спасая товарищей.

— Для меня все военные спектакли тяжелые, — признался Анатолий Карпов. — А сдача этого спектакля проходила в день недавней трагедии на улице Астраханской Сызрани. От этого нам было еще сложнее. Очень боялись сыграть фальшиво.

Зря боялись. Молодые люди, а их было много в зале, говорили потом об искренности героев.

— Спектакль тяжелый эмоционально, но очень трогательный, — сказал студент СМГК Григорий Кривозубов. — Люди переживают, дружат, выполняют обещания. Чего только стоят звонки мамы и дочки!

Действительно, как мама Скрипача (Татьяна Леднева) дозвонилась сыну?! Но это же мама. В то же время где-то далеко в глубине сцены стали видны многоэтажки. В окнах квартир горит теплый свет. Он согревает души героев. Такой ход придумала художник-постановщик спектакля Анна Митко.

— С видимой простотой в каждом слове, жесте заложен глубокий смысл, — поделилась она. — То же и в декорациях. Простыми вещами мы показываем глубину человеческих переживаний.

А как пронзительны сцены встречи раненого Крота с ангелом-спасителем Катей (Диана Донских)! Или разговор Скрипача с отцом (Андрей Бурнаев).

— Война, простая штука. Но она заставляет нас делать очень сложный выбор… И, делая его, можно запутаться, заблудиться, но… Свет всегда там… В будущем, — говорит отец.

Символично, что спектакль увидел свет в преддверии Дня Победы. И по-особенному звучат слова мамы Скрипача, когда она выкладывает перед каждым бойцом чистую форму: «Я горжусь тобой, сынок». С такими же чувствами выходили из зала зрители.