Версия для слабовидящих
С теплом и лаской - к приезжим из Донбасса - Волжские Вести
С теплом и лаской — к приезжим из Донбасса

Ровно в девять часов утра в гостиничный номер сызранской «Чайки», где сейчас живет уроженка Мариуполя Анна Григорьевна, вошла социальный работник и сказала: «Здравствуйте, пора завтракать».

Анна Григорьевна — одна из тех, кого эвакуировали в апреле в наш город из Донбасса. Она нуждается в посторонней помощи. Причина тому — 80-летний возраст и проблемы с ногами. Не прошли без следа и испытания, которые пережила женщина.

— Когда дело дошло до отправки в Россию, сама я ходить уже не могла, сюда меня привезли на коляске, — сказала Анна Григорьевна. — Приехала и свалилась. В больнице ногу подлечили, и в гостиницу я вернулась самостоятельно. Здесь уже спасибо девочкам. Они молодцы, относятся к нам с добром, во всем помогают.

Девочки — это сотрудницы ЦСОН «Сызранский» (руководитель Наталья Киреева).

— Мы приступили к работе практически сразу же  после прибытия поезда, — рассказала заведующая отделением № 13 Елена Полякова. — Люди нуждались в серьезной помощи. Были очень ослаблены. После жизни в подвалах, отсутствия нормального питания многие страдали заболеваниями желудка. Сейчас у нас пять подопечных. Утром и в обед к ним приходят соцработники нашего отделения. А по вечерам и в выходные — сотрудники двенадцатого. Там есть услуги долговременного ухода.

Поменять постельное белье, помочь провести гигиенические процедуры, принести еду, вызвать врача и выполнить личные просьбы… Социальные работники помогают во всем. А еще находят время, чтобы выслушать своих подопечных.

Мы с Анной Григорьевной беседовали за ее завтраком. Бутерброды с сыром, нежная разваристая каша. Но ложка застывала в маленькой руке женщины.

— Возвращаться мне уже некуда, — вздыхала она. — Квартира в девятиэтажке, где мы жили вместе с семьей внучки, сгорела. Молодежь уехала, чтобы узнать о судьбе родных, а я пряталась в бойлерной. Позже находиться там стало опасно. Да еще нога разболелась. Нас вывели российские парни. Двое буквально тащили меня до машины, которая направлялась к церкви.

Женщина рассказывала, как батюшка возил ее по больницам, а там не принимали. Как остановились в школе.

— Окна выбиты, холодно. Зато были кровати, одеяла, подушки. Там же я нашла шубу, укрылась, и стало тепло, — рассказывает женщина. — Нас кормили российские солдаты. Еду варили на костре, приносили в тарелочках. Говорили: «Девочки, не бойтесь, не переживайте, все будет нормально».

Так, то есть нормально, и было когда-то. Анна работала на заводе уборщицей, муж — в холодном прокате. Супруга нет уже пятнадцать лет. Анну Григорьевну поддерживали дочь, внучка. Появились и правнуки.

— Где сейчас родные, не знаю. Надеюсь, живы, — говорит моя собеседница. — Мы же после мытарств добрались до временного пункта. Там автобусов тьма-тьмущая! А оттуда — в Донецк и Россию.  Ходить я уже не могла.

Первыми к приехавшим женщинам пришли соцработники Лилия Рандина, Марина Пелевина, Людмила Самохвалова.

— Мы увидели потерянных, напуганных людей. Без интереса к жизни, — поделилась впечатлениями Марина Пелевина. — Психологически было сложно. Но это наша работа. Жалко людей. У них ничего нет. Мы и одежду им приносили. Сейчас оттаяли. Даже борщ хвалят, говорят, мол, «как украинский»!

Оттаяла и Анна Григорьевна. Говорит, правда, что ночью еще снятся кошмары. Но все пройдет.